Паша посмотрел на старика внимательно:

– Какое-то настроение у вас, Семенович, нехорошее. Случилось что-то?

– Случилось, Паша. То случилось, что радости в жизни нет.

– А внуки?

– Это все не то, Паша. Внуки – это радость, но не счастье. Счастье, оно знаешь когда? Когда все ровно в жизни. Без болезненных падений и травм. Когда знаешь, что завтра будет не хуже, чем сегодня.

– И этого достаточно для счастья?

– Этого достаточно.

Здоровяк с овчаркой удалялся. Кроме Паши и Семеновича, никого больше не было на стадионе.

– Мы одни с тобой бегаем, Паша. По старой привычке. Никто не ходит уже сюда. Не хотят. Незачем. Потому что нет впереди ничего.

– Значит, цель нужна?

– Ты о чем?

– Цель впереди человек видеть должен, чтобы дальше жить?

– Да, Паша. Вот ты видишь цель своей жизни?

– Вижу.

– В чем она?

Паша пожал плечами, не ответил. Семенович вздохнул.

– Мне пора, – сказал Паша. – Я на работу опоздаю.

В квартире было тихо и пахло пылью. Самсонов и Охлопков встретили Пашу.

Семенович прав. У каждого человека есть коллекция. И он, Паша, начал собирать. Взял в руку фломастер, написал на фото Самсонова – "№ 1". Потом на фото Охлопкова – "№ 2".

– Это для учета, ребята, – сказал. – Чтобы не запутаться. Вас у меня много будет.

14

Продавщица, увидев Пашу, поправила легким движением прическу.

– Мне подарок надо подобрать, – сказал Паша.

– Жене, наверное, – расстроилась продавщица.

– Нет, другу.

Улыбнулся широко. И девушка улыбнулась в ответ.

– Сколько другу лет? – спросила.

– Двадцать семь.

– Купите ему туалетную воду.

– А у вас есть "Месье N"?

– Есть.

А он, спросив, уже и сам увидел.

– Покажите, пожалуйста.

Черный изящный флакон.

– Чистая Франция?

– Да, – сказала девушка. – Насчет этого не беспокойтесь.